Билл Гейтс и Уоррен Баффет заявляют о намерении пожертвовать половину своего состояния на благотворительность, призывая других миллиардеров последовать их примеру. Беспрецедентный акт милосердия или завуалированная попытка спасти пошатнувшуюся репутацию капитализма?

В четверг 17 июня этого года новостные ленты мира сообщили о намерении двух богатейших людей планеты - Билла Гейтса и Уоррена Баффета (соответственно 2-е и 3-е место в списке миллиардеров Forbes) – пожертвовать половину своего состояния на благотворительность. Кроме того, Гейтс и Баффет призвали остальных  американских миллиардеров (коих в США насчитывается более четырехсот) последовать их примеру.

Пожертвования со стороны ведущих американских предпринимателей - дело привычное, но на фоне всех предыдущих благотворительных акций вчерашнее заявление двух бизнесменов выглядит действительно впечатляюще. Посудите сами: общее состояние Гейтса и Баффета составляет порядка $100млрд, то есть сумма пожертвования составит около $50 млрд. Сумма беспрецедентная. Судя по всему, нас ждет самый впечатляющий акт великодушия в истории. Тем, кто в это верит, дальше читать не стоит, ну а тех кто сомневается и хочет разобраться в этой истории получше приглашаю за мной.

События на Триумфальной площади 31 мая стали пёстрой декорацией российской повседневности ещё до того, как фактически имели место. Событие само по себе не представляет особого интереса, ибо по форме и содержанию как самой акции так и по официальной реакции властей оно мало чем отличается от многих других, имевших место ранее. Любопытно скорее наблюдать то, какой статус приобретает современная российская (и не только) политическая оппозиция.

Одним из самых главных упрёков в адрес оппозиции является вообще говоря небезосновательное утверждение о том, что у последней нет чёткой политической программы, следствием чего становятся якобы стихийные, едва ли не хулиганские, выступления-протесты без предъявления каких бы то ни было конкретных требований. Принято считать это признаком слабости нашей оппозиции. Даже если это и так (что само по себе спорно), на мой взгляд, это является признаком куда более фундаментальных сдвигов в современной политической жизни и касаются эти сдвиги в первую очередь статуса самой власти.

Современный терроризм представляется мне явлением уникальным главным образом в смысле своего влияния на существующую систему организации общества – государственную систему или систему власти. Это влияние на систему характеризуется двумя противоположными тенденциями – к укреплению господствующей системы и к её ослаблению. Если тенденция к ослаблению системы представляет собой типичный результат действий традиционного терроризма и отражается в очевидной для общественности неспособности существующей власти защитить  жизнь собственных граждан , то тенденция к её укреплению явление сравнительно новое и, на мой взгляд, связанное с тем, что с уверенностью можно назвать  адаптацией террора к условиям реализации власти. Этот новый аспект делает терроризм системным явлением и может иметь своим следствием как использование государственного террора (разумеется под личиной международного терроризма, фундаментализма) в качестве реальной технологии управления обществом в псевдодемократическом государстве (это предельный случай, то, что недавно в одной из дискуссий я не совсем удачно назвал селфтерроризмом), так и использования действий террористов для оправдания усиления властных полномочий, невозможного в других обстоятельствах (наиболее вероятный случай).